Эндрю Александр Михта — американский политолог и профессор стратегических исследований Школы Гамильтона при Университете Флориды

Трансформация системы международной безопасности в Европе всё чаще проявляется не только в изменении баланса сил, но и в различиях восприятия угроз между странами региона. Это расхождение становится одним из ключевых факторов, влияющих на устойчивость НАТО и эффективность коллективной обороны. Именно на этом акцентирует внимание Эндрю Александр Михта — признанный эксперт в области международной безопасности и член Международного института стратегических исследований в Лондоне, чьи оценки активно используются при формировании стратегий США и их союзников.

Эндрю Михта акцентирует внимание на том, что во времена холодной войны угрозы странами Западной Европы воспринимались одинаково от Парижа до Гамбурга. Варшавский договор, 54 дивизии союзников СССР и советские войска в Восточной Германии создавали единое понимание экзистенциальной опасности. Сегодня картина кардинально изменилась. Безопасность стала географически условной, а восприятие угрозы — региональным.

Финляндия, Швеция, Норвегия, страны Балтии, Польша и Румыния воспринимают российскую угрозу наиболее остро. Германия же, по словам Михты, давно утратила этот статус. Она стала страной второго эшелона, с буферной зоной на востоке и политической традицией, тяготеющей к стратегической осторожности. При этом Европа, обладая значительной экономической мощью, всё же остаётся фрагментированной.

Альянс, несмотря на наличие 30 европейских членов и двух североамериканских, фрагментирован, и это невзирая на то, что речь идёт об экономике, которая затмевает всё, что может сделать Россия. «Европейская военная деградация очевидна. По мнению Михты, восстановление оборонного потенциала потребует минимум десятилетия.

«Речь идёт о человеческих ресурсах, ведь в России сейчас 140 миллионов человек.  Российская Федерация — это, по сути, тень Советского Союза и сравните это с семьюстами миллионами в Европе. И все же, Европа обезоружена как морально, так и технически. Полагаю, у немцев около 300 танков, только половина из которых на ходу. У голландцев техники нет вообще. Что касается ВВС — не буду называть конкретных стран, но некоторые просто, как говорится, неразвёртываемы. Это не совсем те военно-воздушные силы, которые можно интегрировать в оперативные планы. Это как авиаклуб с красивой униформой. Произошла общая деградация в Европе, разрушение ее военно-технической базы».

Аналитик напоминает, что двадцатилетняя война с терроризмом радикально изменила структуру вооруженных сил США. Они стали экспедиционными, ориентированными на малые мобильные подразделения.

«Когда я преподавал в Военно-морском колледже в Ньюпорте, у меня были офицеры спецназа, которые постоянно твердили, что им нужны более совершенные приборы ночного видения, более совершенные сенсоры, и это были командиры небольших подразделений. Таким образом, в Соединённых Штатах до недавнего времени основная группа высших офицеров фактически не командовала подразделениями, превышающими уровень бригады».

Сегодня США вновь переходят к дивизионной системе — вынужденное возвращение на фоне глобального противостояния и необходимости готовиться к двум театрам военных действий одновременно. По его словам, американская армия долгое время была структурирована под один крупный конфликт, а не под глобальное противостояние. Отсюда дискуссии о необходимости увеличения расходов:

«В настоящее время у нас есть армия, сформированная для одного театра военных действий. И сейчас идёт дискуссия о том, сделаем ли мы то, что должны, а именно удвоим ли наши военные расходы. Как минимум до 6%, или еще больше».

Некоторые американские аналитики предлагают сосредоточиться на Китае и «передать» Европу европейцам. Михта категорически не согласен с таким подходом:

«С 2012 года, когда Обама заговорил о возврате в Азию, появилась группа людей, считающих, что Атлантику можно оставить европейцам… Я считаю это ошибкой. У Трампа сейчас есть советники, например, такие как Элбридж Колби и они разрабатывают новую стратегию безопасности. Колби написал книгу, в которой, по его мнению, угроза исходит из Китая, и именно на неё нам нужно переориентироваться».

В тоже время Михта отмечает, что Дональд Трамп мыслит иначе, чем его советники, специалисты по Азии: «Он инстинктивно понимает, что Европа по-прежнему важна, но просто хочет снизить расходы на всё это. И я с ним согласен. Речь идёт о том, что такой богатый континент, как Европа, в состоянии самостоятельно сформировать ядро конвенциональных вооружённых сил Альянса».
«Американцы предоставляют ядерный зонтик, который никто в Европе предоставить не может. И давайте не будем повторять чушь о том, что французы накроют Эстонию ядерным зонтиком. Это сказки».

Требование Трампа увеличить европейские оборонные бюджеты до 5% ВВП — это не шантаж, а необходимость внутри НАТО. Поэтому Трамп бьет всех по голове, и говорит: «Тратьте, тратьте», обещанные 5%. И поэтому выводит войска из Румынии. В целом, Михта ожидает сокращения американского контингента в Европе примерно на 20%.

«Речь идёт не об уходе из Атлантики, а о попытках снизить стоимость пребывания в Европе»

Особое внимание Эндрю Михта уделяет странам Балтии и Польше.

«От белорусской границы до Вильнюса 32 километра. Варшава находится примерно в 200 километрах. Если русские решат двигаться вперёд, и, если бы Польша оборонялась на своей территории, ситуация была бы трагической».

Отсюда — необходимость планирования боевых действий за пределами территории Альянса и нанесения дальних ударов. В свою очередь, Россия, по мнению аналитика, рассматривает два ключевых сценария.

Сценарий №1: удар по Прибалтике ради раскола НАТО

«Наиболее вероятным сценарием я считаю захват какой-либо территории, будь то Эстония, Латвия или Литва. Скорее всего, Эстония. Допустим, Нарва — в некотором смысле русскоязычный регион. И не двигаться дальше, оккупировать часть территории. Какова же тогда будет реакция? Конечно, эстонцы, финны и поляки начнут апеллировать к пятой статье. А как при этом отреагирует Берлин? И, как отреагирует Париж? И, самое главное, как отреагирует Вашингтон»?

Это один из сценариев. Если Берлин, Париж и Вашингтон не придут к единому решению, это может привести к фактическому распаду Альянса. В этом сценарии главная цель Кремля — не территория, а проверка единства НАТО.

Сценарий №2: удар через Польшу на фоне войны США и Китая

Если в Тихом океане начнётся война, Россия может воспользоваться моментом:

«Путин, на мой взгляд, мог бы нанести удар по тому же маршруту, который всегда использовали русские: по центральной Европе — через Польшу. Это связано с тем, что Польша сейчас является ключевой страной Альянса. Именно такой страной ранее была Боннская республика во времена холодной войны».

Северо-восточный коридор — скандинавы, финны, страны Балтии и Польша являются центром тяжести альянса. Так что Путин, скорее всего, воспользуется тайваньским окном, если оно откроется.

«К тому же, мы должны помнить, что личности лидеров играют огромную роль. Путин стареет. И если он полагает, что его главная миссия — восстановить Российскую империю и влияние, то я не знаю, сколько у него осталось на это времени».

Ситуация усугубляется формированием «оси диктатур»: России, Китая, Северной Кореи и Ирана. Китай поддерживает Россию не только экономически, но и военно-технически. Это означает, что конфликт в Европе больше нельзя рассматривать изолированно от конфликта на Тайване.

По мнению Эндрю Михты, идея о том, что Трамп может «сдать Тайвань» ради сделки, — ложная. Не существует опции, при которой Дональд Трамп отказался бы от Тайваня… отказ от Тайваня означал бы крах системы безопасности в Тихом океане.

«Система безопасности в Атлантике крайне бюрократизирована, если можно так выразиться. Это ряд пересекающихся институтов. Есть Трансатлантический альянс и Европейский союз, который сейчас пытается закрепиться в системе институтов безопасности. Однако система безопасности в Тихоокеанском регионе традиционно основана на двусторонних гарантиях и балансе сил. Поэтому, если бы Тайвань вдруг оказался бы заблокирован, а от США не последовало бы никакого ответа, я полагаю, это стало бы решительным сигналом для Японии, Австралии, Новой Зеландии и Филиппин».

Читать в Telegram